Когда был подан иск против Пиратской бухты, хип-хоп исполнитель Макс Пезай узнал, что его альбом используется IFPI в качестве доказательств и служит основанием для возмещения убытков основателями трекера. Но Пезай не хотел иметь ничего общего с этим делом и никогда не давал звукозаписывающим компаниям разрешение на использование своих произведений. В интервью, опубликованном сегодня, музыкант делится воспоминаниями и рассказывает, как ему, в конце концов, удалось отстраниться от иска, но не без последствий.
Когда правообладатели выступают против обмена файлами, они часто утверждают, что делают это, чтобы защитить музыкантов, как популярных, так и малоизвестных. Но не все из них хотят спастись от пиратов.
Когда на основателей Пиратской бухты в Швеции был подан иск в суд еще в 2008 году, одним из музыкальных произведений, указанных в нем, был альбом Макса Пезая «Discokommitten». Это было странно, так как хип-хоп исполнитель был известен своим позитивным отношением к обмену.
Макс узнал новости из СМИ. Он не был осведомлен о своей причастности к иску и, когда попросил правообладателей посвятить его в подробности дела, получил интересный ответ.
«Мне сказали, что Пиратскую бухту организовала кучка мошенников и нацистов. Что речь идет о деньгах, что они заработали кучу денег», говорит Пезай в интервью, вырезанном из фильма «TPB AFK» и ранее не видевшем свет.
«… они сказали мне, что мы должны держаться вместе в музыкальной индустрии и бороться с пиратством. Они хотели, чтобы я присоединился к ним в любом случае», продолжает он.
Пезай захотел отстраниться от судебного процесса как можно быстрее, но это было легче сказать, чем сделать. Потребовалось время, прежде чем он смог встретиться с юристом Международной федерации производителей фонограмм (IFPI), которая старалась удержать Макса в деле.
«Главным аргументом IFPI было то, что [основатели Пиратской бухты] – плохие парни, работающие в теневом бизнесе. В конце встречи я сказал им, что хочу убрать мой альбом из списка как бы там ни было», вспоминает Пезай.
Тем не менее, IFPI заявила Максу, что не сможет ничего сделать для него. Пезай скептически отнесся к этому заявлению и попросил юристов IFPI изложить все в письменном виде. Спустя несколько дней юристы ответили на его просьбу.
«Оказалось, что у них нет оснований говорить мне, что я не могу отказаться от иска. Поэтому мы решили отстраниться. Мы не хотим иметь ничего общего с этим делом», говорит Пезай.
В отличие от истцов по делу, Пезай ценит то, на чем основана Пиратская бухта. «Я думаю, что идеологически здорово, что культура развивается таким образом. Мы должны приветствовать это, а не душить».
После Пезай добился от IFPI публичного заявления о том, что его втянули в дело без согласия. На этом трения закончились, но до сих пор Макс считает, что некоторые правообладатели относятся к нему недоброжелательно.
«Для меня было очевидно, что [моя позиция] не будет популярна среди лейблов и музыкантов, которые принимают участие в борьбе. Это не так важно, но я понимаю, что не пользуюсь популярностью в отрасли после моего маленького спектакля», говорит он.
Первоисточник.
Перевел Андрей Реуцкий.
