Бронислав Малиновский | Магия, наука и религия (1998) [DOC]

Культурные функции религии и магии не только сходны, но и различны. Религия обеспечивает духовное единство людей, обосновывает и закрепляет социальный порядок, традиции, является носителем нравственности. Она гармонизирует отношения человека с миром, поддерживает в нем мужество и самообладание в борьбе за жизнь перед лицом неизбежной смерти. Объектами религиозной веры являются духи и демоны, благосклонные к человеку силы тотема, загробная жизнь, боги и полубоги, т.е. силы несравненно более могущественные, чем человек. Она является всеобщим достоянием, составляя основу внутренней духовной жизни. Магия является совокупностью практических действий, направленных на достижение конкретных целей: предотвращение набегов диких животных на возделанные поля, защиту моряков от акул и штормов, завоевание сердца возлюбленной, победу над врагом, постройку дома или лодки и т.д. В этих своих целях магия тесно переплетена с рациональными знаниями и искусствами, а также с мифологией, утверждающей ее истинность и жизненную необходимость.
Культурная функция магии заключается в том, что она обеспечивает примитивного человека стандартными духовными и материальными техниками, позволяющими сохранять устойчивость психики и форм деятельности в неравновесных, часто критических ситуациях, в «ритуализации человеческого оптимизма, в укреплении его веры в победу надежды над страхом». Вера в магию — это убеждение в том, что с помощью заклинаний и обрядов можно достичь вполне конкретных практических целей. В примитивных обществах магия — особое искусство, хранимое и наследуемое «профессионалами» — колдунами или знахарями.
Практическая целенаправленность магии сближает ее с наукой, вернее — с теми зачатками последней, которые имеются в примитивных культурах. Среди них: систематизация обобщений опыта, выявление устойчивых связей между ними, их воплощение в результатах практической деятельности, оформление в традициях, поддерживаемых социальной организацией, наличие устойчивых форм обучения ремеслу, трудовым операциям, организации обмена и торговли, социальной коммуникации. Магия имеет свою «теорию» или систему принципов, диктующих правила магических действий, несоблюдение которых делает магию безуспешной; метод, включающий коррекцию допущенных погрешностей или неудач; эти и др. сходства позволяют видеть в магии «псевдонауку». Но если наука стоит на универсальном опыте, добываемом в борьбе с природой за существование и безопасность, в опыте наблюдения и практики, закрепленном рассудком, то магия основывается на специфическом опыте эмоциональных состояний. «Наука основывается на убеждении, что опыт, усилия и логика действенны; а магия — на вере в то, что надежда не может не сбыться, а желание не может быть обмануто. Научные учения диктуются логикой, а учение магии — ассоциацией идей под воздействием желания». Поэтому рациональные знания включаются в различные формы социального контекста и виды практической деятельности, а магия, окруженная таинственностью, предписаниями и запретами (табу), — в сферу сакрального.
Функциональный подход к пониманию магии, религии и науки был развит Б. Малиновским в особую культурологическую концепцию — функционализм, — согласно которой антропологические факты должны объясняться «их функциями, их участием в целостной системе культуры» (Malinowski B. Anthropology// Encyclopaedia Britannica, 1926), их связью между собой, а образуемой ими системы — со всей жизненной средой человеческих обществ.