Стефан Веркович | Веда Славян [2 том] (1881) [PDF]

Умолчанию о трудах Стефана Верковича помогло и то, что он не успел сделать перевод Родопских песен на русский язык. «Веда славян» написана на помакском диалекте, одном из архаичных языков южнославянской группы. Ни русско-помакского словаря, ни грамматики этого языка не существует и сегодня.
Скорая смерть императора, убитого народовольцами, а также угасание в российском обществе интереса к балканским делам с окончанием русско-турецкой войны привело к прекращению государственной поддержки исследований культуры южных славян. Потому Верковичу так и не удалось завершить издание помакских песен и преданий. До сего времени многие из сих бесценных песен хранятся неизданными в архивах России.
Кто же таков был Стефан Ильич Веркович? Почему его труды натолкнулись на столь дружное сопротивление, что «заговор молчания» вокруг «Веды славян» не прекратился до сего времени?
Стефан Ильич Веркович родился в Боснии, образование получил в Загребе, в Хорватии. Он был участником югославянского «иллирийского движения 1848 года», боровшегося за освобождение славян от немецко-мадьярского ига. Работал мелким чиновником в Белграде, увлекался археологией и историей. Круг его познаний расширялся, и покинул Белград он уже всеславянским патриотом.
Покинув Белград, он поселился в городе Серезе в Македонии. Он стал разъезжать по Македонии и смежным областям, собирал старинные предметы, занялся коллекционированием древних рукописей, записывал народные предания, песни. В 1860 г. выпустил в Белграде сборник «Народные былины македонских болгар».
Тогда же он напал на след песен, которые до него никто не записывал на Балканском полуострове. Это были песни македонских болгар-помаков, живших в Родопских горах.

ПОМАКИ - ХРАНИТЕЛИ ВЕРЫ

Древнейшие песни Веркович записал от болгар Татар-Пазарджийской Каазы. Они называли себя мусульманами, своих жрецов — муллами, носили турецкие имена (в ислам их пытались обратить турки в XVI — XVIII вв.), однако этим и ограничивалось влияние ислама. Имен ни Аллаха, ни Мухаммеда в песнях помаков нет.
Несколько более заметно влияние на песни помаков христианства. Ярилу помаки называли святым Георгием (Гюргием), а небесных воинов — ангелами. В остальном же архаичность текстов песен казалась невероятной.
В своих гимнах помаки славили Бога Вышня, Сиву, Злату Майю, Живу-Юду, Велеса, Друиду, Коляду. Былины помаков рассказывали о борьбе Коляды с Черным Арапином, с Марой-Юдой. Сохранность древних помакских песен, несравнимая с сохранностью песен соседних народов, говорила о непрерывавшейся религиозной традиции. К тому же помаки сохранили заклинания и короткие гимны (подобные мантрам), которые говорились на неизвестном древнем языке — Веркович определил, что он близок к санскриту.
Помаки помнили и о своих древних святилищах, разрушенных византийцами, об уничтоженных книгах. Они перечислили Верковичу сожженные книги. Назовем их и мы.
«Вета» — общее название для всех священных книг славян. «Звезница» — содержала песни о том, что говорят звезды, и о том, что и когда произойдет. Она же, видимо, «Звездная книга Коляды» — сборник мифов, в которых песни связаны со знаками Зодиака — с «поясом солнопутья». Либо «Золотая книга Коляды» — собрание песен из «Звездной книги», в которых повествуется только о Коляде. «Ясна книга» — свод песен, поющихся при жертвоприношениях (думаю, имеет связь с книгой Ясна, авестийской ведической традиции). «Земница» — книга песен о том, по какой земле ходили предки славян, и о том, как они заселяли новые земли. «Петица» — птичья книга, полагаю, подобная легендарной русской «Голубиной книге» либо «Песням птицы Гамаюн».
Однако культура помаков была настолько высока, что они цитировали эти погибшие книги наизусть. В сущности, изданная Стефаном Верковичем «Веда славян» и состоит из цитат священных книг славян. Следует учитывать и то, что ведическая культура издревле была основана именно на устной передаче знаний. И даже после изобретения письма записям священных текстов не придавали большого значения либо даже запрещали их вести. Потому, например, не существует древних записей Ригведы (древнейшее упоминание о записях относится к XI в.). Несмотря на это, никто не сомневается в том, что тексты и язык передававшихся по цепи ученической преемственности ведических гимнов возникли ранее II—III тыс. до н.э. Потому можно не сомневаться в том, что и гимны болгар-помаков сложились в глубочайшей древности.

ЗАГОВОР МОЛЧАНИЯ

В 1874 г. в Белграде Стефан Веркович издал книгу «Славянская веда». Тексты этой книги сопровождались параллельным французским переводом. В песнях, опубликованных Верковичем, рассказывалось об изобретении сохи, серпа, лодки, об участии славян в Троянской войне.
Французы, создавшие к тому времени крупнейшую в Европе школу, занимавшуюся изучением Вед Индии, заинтересовались Родопскими песнями. Французское министерство народного просвещения, дабы убедиться в подлинности сборника Верковича, поручило консулу в Филиппополе господину Дозону — человеку, владеющему южнославянскими наречиями, — произвести проверку «Славянской веды» в Родопских горах. Дозон отправился в Серез и прожил там два месяца, а затем подтвердил подлинность и несомненность сборника Верковича, опубликовав статьи в «Journal officiel» за 19 февраля 1873 г., а также в «Annales des missons scientifiques».
Известный французский славист Луи Лежар напечатал в журнале «Revue politique et literaire» статью об открытии Верковича. Затем итальянский журнал «Giornal Araldico...» в июле 1872 г. написал: «Песни "Славянской веды" по своей важности и обширности занимают первое место между всеми литературными памятниками старины, не исключая знаменитой Махабхараты». Известный санскритолог, переводчик Махабхараты Бурнюф, дабы лично удостовериться в подлинности Родопских песен, также совершил путешествие в Македонию и тоже подтвердил бытование ведических песен и обычаев среди болгар-помаков.
Не так отнеслись к трудам Стефана Верковича в России, куда он приехал, после того как русские войска освободили южных славян от турецкого владычества. С одной стороны, он ощутил поддержку своих работ и интерес к ним со стороны самых разных влиятельных людей, с другой стороны — холодное невнимание и неодобрение многих славистов. Лишь Петр Бессонов, крупнейший специалист по южнославянскому фольклору, одобрительно отозвался о Родопских песнях, но на 9-м съезде славистов в Казани работы Верковича были объявлены подделкой самого автора сборника.
Стоит ли говорить, что отпугнуло ученых именно «языческое», по их представлениям, содержание песен. Ничто не изменилось в отечественной славистике и по сию пору, ибо сохранилась преемственность внутри российских научных школ. Ни одна из песен, записанных Верковичем, никогда не включалась в переведенные на русский язык сборники песен южных славян. Неизвестны исследователям древней веры и истории славян те его книги, которые он издал в Белграде, неизвестна и судьба его неизданных рукописей. До сих пор не было ни одной экспедиции в Родопские горы.
Заговор молчания в России вокруг «Веды славян» не разрушен и ныне.