Возмездие«И не сим только, но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда» Библия, Новый Завет
«Возмездие» — это история о британском молодом лейтенанте-инженере Эрике Ломаксе, попавшем в плен к японцам во время Сингапурской обороны и испытавшем на собственной шкуре все
ужасы войны. Лента основана на автобиографической книге человека, которого судьба, в лице командиров Императорской Японии, вместе со многими другими, отправила на строительство печально известной Тайско-Бирманской железной дороги.
После нескольких лет непрекращающихся пыток, унижений, побоев и тяжелейшей, выматывающей работы, Ломакса в прямом смысле вытаскивают из этого ада, но он, кажется, навсегда остается там, прикованный к тем клеткам жестокостью мучителей, привязанным к той земле отчаянным сопротивлением и непреходящей жаждой мести. Он возвращается туда, откуда нет выхода, во сне и в галлюцинациях, в припадках исступленной паники. И от этого ощущения вечного плена его не спасают ни горячо любимые им железные дороги туманной Шотландии, ни жаркие земли Золотого побережья, куда он отправляется добровольцем Британской Колониальной Службы. Надежда на освобождение от неизменного кошмара появляется в виде прекрасной Пэтти («Я видел, как он оживился только один раз, когда встретил Вас»). Она входит в его закрытую жизнь тихими и успокаивающими шагами, но этого оказывается недостаточно для того, чтобы Эрик смог побороть всех демонов своего прошлого.
- Ты так и не сдался.
- Я все еще воюю.
Его друг Финли, разделявший с ним тяготы и страдания военного времени, кажется, жаждет мести даже больше, чем замкнувшийся в себе Эрик. Он находит заметку, в которой говорится о том, что бывший офицер кэмпэйтай, пытавший Ломакса, живет и здравствует, и предлагает убить его. «Для нас уже слишком поздно, но ты еще можешь попытаться. И я хочу, чтобы на этот раз ты меня не проигнорировал». На секунду возникает обманчивое впечатление, будто зацикленный, живущий в своем мире Ломакс сможет отказаться от мести, во имя своей жены и своего нового положения, но он, кажется, и сам не верит в то, что говорит в тот момент. И вот, после очередной трагической отправной точки, вычерчивающий в его жизни новый поворот, Ломакс отправляется по второму кругу. В полном молчании, никого не предупредив, он покидает дом, чтобы встретится лицом к лицу с тем, что он пережил, и продолжает переживать едва ли не каждый день своей жизни. Ведомый местью и желанием положить конец всему этому безумию, в финальной отчаянной попытке обрести покой, Ломакс отправляется в Канчанабури.
Как уже здесь упоминалось, фильм снят без излишнего военного пафоса и мелодраматичности, что, безусловно, является плюсом и делает героев ближе и понятнее зрителю, он показывает солдат, оставшихся людьми (или потерявших всякую человечность почти полностью). Возмездие позволяет рассмотреть поближе две стороны одной медали, отражает понимание раскаяния и страдания, раскрывает понятие чести и достоинства, и оставляет зрителя на распутье размышлений о разнице между войной и мирным временем. Острее всего эта разница проявляется в сознании Ломакса, на пересечении двух плоскостей настоящего и прошлого, из которого Эрик все никак не может выбраться.
Каким простым и в то же время невыносимо тяжелым кажется все на войне, когда смерть следует за тобой по пятам, и как запутанно все в мирное время, когда становится невероятно сложно определить, кто твой друг, а кто враг, кто жертва, а кто мучитель. Эти вечные вопросы — какие проблемы, какие решения и какие последствия остаются в наших душах и в нас самих после всего пережитого, — для каждого отдельно взятого человека всегда будут заканчиваться своими собственными ответами и решениями.
Ломакс знал, что должен выжить и отомстить, знал, что должен оставаться мужчиной и человеком, знал кто его друг, и кто его злейший враг, он мог видеть и чувствовать это каждой клеткой, каждым мускулом своего тела на протяжении нескольких мучительных лет. Он выполнял приказы и искал ориентиры, способные вернуть ему его настоящую жизнь. Эта смесь болезненного осознания произошедшего, жажды мести и исступленного страха, желания наконец-то обрести покой навсегда осталась выжженной в его сознании, так же, как и воспоминания о жестокости его врагов и изуверствах, которые те совершали над ним.
Ты — единственный, кто сказал мне правду
Мучитель Эрика на протяжении всего является удивительно ясной, предельно ощутимой тенью и почти в самом конце наконец обретает настоящие черты, возникает усталой фигурой, облеченной в плоть осознания, сожаления и раскаяния. Он — главная деталь из прошлого Ломакса, которую тот запомнил на всю жизнь, за пару минут раскрывается в совершенно новом свете. Его паломничества вызывают поначалу лишь недоуменный смешок, «серьезно, таким способом?». Но постепенно история тех лет, которые он проживал после войны начинает пробирать все сильнее и глубже, а все его существо выдает полную готовность, и даже желание принять то, что он заслужил.
Именно концовка, раскрывающаяся прощением, которое, уж точно не стирает все эти годы из памяти этих двух людей, наоборот, закрепляет их там еще больше, но дает какой-то смысл и надежду жить дальше, а не пытаться и дальше выживать в этом бесконечном лабиринте из страхов и воспоминаний.
Здесь есть плавное и ровное повествование, которое может поначалу отпугнуть. Иногда оно прерывается жарким солнцем, брызжущем в глаза и заставляющим зажмуриться с непривычки, зеленью джунглей и камнями в многокилометровых траншеях, покрытыми кровью, потом и пылью. Отстраненные сцены настоящего сменяются более живыми, но такими же ровными и неторопливыми сценами адской жизни на строительстве Дороги Смерти. Они изматывающе неспешны и верны своему постоянству, что только усиливает ощущение полнейшего бессилия, впечатление ужасающей жестокости.
«Возмездие», быть может, и не претендует на полную историческую и культурную достоверность и правильную хронологию, в искажении которой его упрекают, но внимания заслуживает определенно, как фильм крепко сбитый, талантливо поставленный, талантливо снятый и талантливо сыгранный. Он бьет по нервам и забирается куда-то глубоко под кожу, упрямо не желая отпускать сознание даже после того, как вы его выключили и тяжело вздохнули.
Есть только украинские сабы.
