Опять приходится начинать с того, что в сериале расследуется убийство. В центре повествования находится двенадцатилетняя девочка, внезапно пропадающая — надо отдать должное, только во второй серии, к делу подключается случайно вернувшаяся в новозеландское захолустье следователь (Элизабет Мосс, вклинившая сериал между сезонами «Безумцев» и получившая за роль Глобус, не без оснований), которая теперь не может уехать, пока не дойдет до конца. Этот конец маячит страшными предзнаменованиями, сюжет сосредоточен в месте под названием «Рай», сами жители часто подчеркивают различия между названием и реальностью, хотя зрительно эти действительно величественные пейзажи похожи на место, где можно не просто умереть, но и остаться после смерти.
Пока девочка заходит в холодную воду озера по пояс, а затем исчезает, взрослые тоже думают о чем-то своем. С одной стороны этого городка — группа женщин, поселившихся общиной возле озера в контейнерах, где каждая находится на стадии климакса, ненависти к мужчинам и — суть отрицания отношений, в какой-то момент с вертолета видно, как одна из них голой пересекает поле. С другой стороны — объединивший вокруг себя группу молодых парней наркобарон, чьи дети, кажется, составляют половину населения. Где-то в центре, в пропитанном водой воздухе, слоняются несчастные подростки, пытающиеся перевоспитаться, сделавшись баристами. Неудивительно, что на фоне этого инцидент с пропавшей девочкой не то что никого не удивляет, просто — мало заметен.
Снятый в Новой Зеландии режиссером «Пинаино» «Top of the Lake» похож одновременно на все сериалы, начиная классическим «Твин Пиксом» (Лора Палмер будет преследовать провинциальные городки), заканчивая оригиналами и ремейками («Убийство»), несколькими мини-сериалами прошлого года («Праздник мая»): везде пропавшие девочки и борющиеся против зла детективы-одиночки. Существенное отличие этого сериала в том, что в какой-то момент буквально все герои забывают про школьницу, включая детектива, и оказывается, что прожито не два дня, а два месяца, хотя до этого счет шел на минуты. Монотонность места затягивает, Мосс с каждым часом становится все безумнее (и лохматее), потрахаться в лесу в окружении зеленого мха не получается без того, чтобы кто-то не набросился с ножом, потом приходится идти вниз по ручью, подпирая одним плечом побитого парня, вторым — опираясь на большую палку. Это первый сериал, который показали на фестивале «Сандэнс», некоторые называют его первым арт-хаусным сериалом, некоторые просто не могут досмотреть до конца первую серию из-за отсутствия событий.
Джейн Кэмпион, известная снятыми в девяностые драмами про отношения полов с нотами безумия, в течение семи часов глумится, веселится и пугает, в конце-концов оказывается, что самое страшное — отдаленный район и человеческая память. Мужчины в хаосе все уничтожают, бегая с винтовками, а небольшое поселение несчастных женщин, дифференцированных проблемами, застревает в архетипах — это к ним постоянно обращаются за поддержкой герои. Все дороги сходятся у озера в объятиях все знающей и советующей странной женщины с длинными седыми волосами (внешне слишком похожей на режиссера, чтобы отрицать связь), она в свою очередь призывает слушать тело и быть близкой земле. На первых кадрах в озеро медленно заходит девочка, вслед за ней идет зритель, пока над его головой не смыкается холодная вода. Что это — страшный суд нудного течения жизни, жутковатый рассказ о том, как нельзя возвращаться в глубинку, или что-то про рай, когда можно называть вещи своими именами. Кто-то неминуемо погибнет, упав со скалы — даже его падение зафиксируется слишком красиво, так что захочется отмотать назад и пересмотреть. Среди отчужденных скал, кристального воздуха, снятого с пальца помолвочного кольца, среди других смертей зазвенит пустота. Может быть, это рай и есть: тихая заводь, многочисленными ракурсами сверху, два вертолета в день, случайная смерть, утопленники, обезумевшие старики, рак, поднимающаяся волной память, ищущая параллелей между судьбами и пытающаяся в этом сходстве найти опору, палатка у озера, несколько умирающих, собранных вокруг одного возвращения домой. Прошлое, как цепкие руки старухи, расправляется в малых поселениях — именно там насилие не теряется в миллионах лиц, а хранится вечно. Беременная двенадцатилетняя девочка отворачивается от аппарата узи — «противно» — и в чистом воздухе слышно, как мальчик изображает птицу, а кости, которые он коллекционировал, тихо друг об друга бьются.
(с) ЛесечкА-------------------------
Спасение утопающихЕще совсем недавно
детектив в телевизионном формате ассоциировался у нас с покрытым плесенью образом бывалого полицейского, который героически и часто совершенно в одиночку раскрывает опасное и запутанное дело, оставляя зрителя охать и ахать над его проворностью. Неожиданно ситуация кардинально изменилась благодаря скандинавским нуарам — «Убийство» и «Мост» показали нам, что жанр еще не полностью погиб, пока пытался бесконечно повторять самого себя, что напряженное расследование со множеством подозреваемых, нагнетающее интригу с каждым новым поворотом, может отлично сочетаться с настоящей драмой, которая простирается далеко за пределы отдельной жертвы и ориентируется в целом на все сообщество, которого коснулось это преступление. В этом весеннем телесезоне первенство у норвежцев и датчан пытаются отнять Великобритания и Австралия со своими «Бродчерчем» и «Вершиной озера» соответственно. Оба сериала продолжают славные традиции детектива-драмы, где все дело растягивается на один сезон, и, несмотря на совершенно разные стили и способы рассказа своей истории, обращаются примерно к одним и тем же вопросам — извечной семье и не извечной полицейской беспомощности. И если «Бродчерч» с некоторыми отговорками можно показывать даже детям, то «Вершина озера» ушла гораздо дальше на территорию взрослых, сломав при этом больше стереотипов жанра и даже немного пооскверняв формулу успеха «Убийства» и «Моста».
«Вершина озера» показывает сообщество, замкнутое на одном человеке, который правит им как самопровозглашенный король, несмотря на все свои очевидные недостатки, что демонстрирует силу его власти, и который так или иначе связан с каждым человеком в этом маленьком поселении, и часто даже нельзя знать наверняка насколько близка эта связь. Это идеальная среда для того, чтобы заставить зрителя вспомнить очень важную в реальной жизни вещь — есть преступления, против которых полиция бессильна. Есть места где значок или ксива не сработают как бы вы ими не трясли. Есть преступники, которых можно поймать только одним способом — терпеливым ожиданием того, что они устанут скрываться и сами укажут на себя. «Вершина озера» она именно об этой беспомощности, когда все законченные психологические курсы, знания, умения и опыт не могут сломить установленного годами, если не десятилетиями порядка. И остается только подойти ближе, жить среди этих людей, скрывающих свои скелеты у всех на виду, и надеяться, что однажды все произойдет само по себе. В общем то, «Вершина озера» даже пытается потопить детективную суть под толщей стенаний главной героини, которая персонифицирована как никогда прежде в зрелищах подобного рода, и ее попытках заново освоиться в месте, где она провела свою юность.
Элизабет Мосс, которая наконец-то отбросила нелепый образ ретро-дурнушки, прилично к ней прилипший, изображает в этот раз человека, для которого расследование действительно личное дело. Иногда кажется, что авторы даже слишком углубляются в ее персональную жизнь, расколупывая грязными пальцами застарелые раны, полученные в этом месте, но в конечном итоге, выясняется, что «Вершина озера» это и история Робин, которую тоже погубило небольшое поселение под не говорящим названием «Рай». Теперь у хрупкой девушки-детектива словно появился комплекс спасительницы, хотя, конечно, помочь хочет она не малой родине, а самой себе. Без нее, без этого образа на грани хорошего и плохого копа, на грани слабого и сильного человека, рассказ о двенадцатилетней беременной девочке, в котором и ее тайна ее пропажи, и человек, вынудивший ее пуститься в бегство, с самого начала очевидны, не была бы такой наглядной. Но с помощью девушки-детектива она захватывает два поколения, связанные одним человеком, и раскрывает местную жизнь на большем количестве уровней, заставляя зрителя одновременно смотреть и в прошлое, и в настоящее, и в будущее. Подобная дальнозоркость стирает то, что «Вершина озера» как
детектив слишком мелка, наивна и недостаточно изобретательна. Финальная попытка удивить зрителя неожиданным открытием, работает довольно слабо, даже несмотря на то, что знаки к такому исходу событий были разбросаны по всему сериалу, и если смотреть его наоборот, то отлично видно откуда вырос данный конец. Но он словно ломает всю структуру шоу, которое хочет быть честным со зрителем, и не делать подозреваемыми всех вокруг, задавая вопрос не «Кто?», а «Почему?». Однако это все равно не может отменить того, что «Вершина озера» получилась неожиданно артхаусной для сериала драмой-детективом, который нужно смотреть думая не о том, кто совершил преступление, а о том, что будет происходить внутри героев после того, как оно совершено.
(с) Виктория Бувье 
